– Я все куплю, – говорил он надменно. – Цена для меня не имеет значения; насчет этого мы всегда сойдемся. Единственное, что меня интересует, это – определить время и обусловить плату.
Все банки помогали ему с методической и организаторской смелостью вести эту пляску миллионов. Он покупал оптом сотни квадратных миль, чтобы потом продать, разбив их на мелкие участки. Лучшими его клиентами были эмигранты, высаживавшиеся в Аргентину с желанием работать. Он покупал на бумаге бесконечные территории в глубине Америки, поближе к судоходным рекам, территории, населенные одними тиграми с золотистой шкурой, громадными боа, или небольшими гадюками, свернувшимися в венчиках лесных цветов, и семьями кочующих индейцев со свинцовыми серьгами в ушах, отчего уши их отвисали ниже плеч – несчастными остатками примитивного человечества.
Эти смелые покупки были, как он говорил, деньгами, которые росли для будущего. Со временем коровы и человек явятся на эти участки в поисках новых пастбищ, н он продаст их, увеличив уплаченную им цену в тысячекратном размере.
В эпоху высшего расцвета своего могущества он познакомился с Розаурой. Мать ее посетила "Короля степей" в его конторе.
Не легко было свидеться с Пинеда, но сеньора верила в престиж своего имени. Сверх того, эта дама хранила традиционное тщеславие креолок, привыкших смотреть, как на ниже стоящих на всех тех, кто приезжал селиться в их страну. Всякий, кто не говорил по-испански, считался у них "гринго", – а испанцев, – несмотря на то, что сеньора Салседо гордилась своим испанским происхождением,она называла "галлегос", как это делали ее предки.